В 2009 году, в молдавской политике появился новый электоральный фактор, играющий очень важную роль в выборах, с тех пор и до сегодняшнего дня. Речь идет о диаспоре. Первая большая победа Диаспоры была отправка коммунистов в оппозицию (именно из-за диаспоры, коммунистам не удалось получить 61-й «золотой» голос, который позволил бы им остаться у власти еще, по меньшей мере, четыре года). Вторая ее большая победа в том, что демократические проевропейские силы остались у власти после досрочных парламентских выборов от 8 ноября 2010 года. Были и другие победы, а беспрецедентная мобилизация диаспоры на президентских выборах в воскресенье, еще раз продемонстрировала, какой электоральной силой она обладает.

Но в воскресенье, во втором туре президентских выборов, выделился новый избирательный фактор – приднестровские избиратели. Такой же робкий, как и голос диаспоры в 2009 году, голос приднестровцев, однако, сыграл важную роль в победе Игоря Додон в борьбе за пост президента. Таким образом, мы можем предположить, что, так же как диаспора в 2009 году, из небольшого комочка выросла до электоральной лавины, так и  снежный ком, сформированный приднестровскими избирателями, может перерасти в нечто большее в ближайшие годы.

В воскресенье, хотя на голосование и не пришло внушительное число приднестровцев, им удалось стать маленьким пеньком, который перевернул большую повозку. А это означает, что с этого момента, соответствующему сегменту избирателей будет оказано все больше внимания, даже если они, в отличие от молдавской диаспоры, не очень интересуются тем, что происходит на правом берегу Днестра и их голоса, скорее всего, манипулятивные, а не осознанные.

Почему я убежден в том, что приднестровские избиратели будут отныне рассматриваться с особой осторожностью в качестве электоральной материи? Приведу лишь несколько примеров. На следующих парламентских выборах (досрочные или обычные) те, более 400 тысяч избирателей, могут изменить ситуацию в Приднестровье, обеспечив пророссийским силам не только простое большинство, а даже конституционное большинство! Другой пример – если Р. Молдова перейдет к смешанной или одномандатной системе (об этом говорится все больше в последнее время), мобилизуясь, приднестровские избиратели смогут заполучить значительное количество мест в Парламенте Кишинева. Таким образом, Приднестровье будет принимать непосредственное участие в управлении общественными делами на правом берегу Днестра, и будет иметь весомое слово относительно внешнего вектора развития страны. Третий пример – запланированный референдум по вопросу объединения Молдовы с Румынией в 2018 году (о котором так настойчиво говорят юнионисты). Если теперь юнионисты допускают, что результаты референдума могут быть успешными (учитывая нарастающее разочарование населения и увеличение числа граждан, которые все чаще поглядывают на противоположный берег Прута), то в случае мобилизации приднестровцев, у этого референдума не было бы никаких шансов на успех.

Итак, сомневается ли еще кто-нибудь в том, что после роли, которую сыграли в президентских выборах от 13 ноября, приднестровские избиратели будут рассматриваться в качестве нового избирательного фактора с определенным весом?!

Игорь Волницкий