В последнее время все чаще стали говорить о возможности объединения Республики Молдова с Румынией. Унионисты утверждают, что необходимо попытаться осуществить это объединение в 2018 году, когда исполнятся 100 лет со дня объединения Бессарабии с Румынией, организовав для этого национальный референдум, сторонники интеграции Республики Молдова в Европейский союз все чаще заявляют о том, что единственной реальной возможностью войти в состав ЕС может стать объединение с Румынией, желающие жить в стране с дееспособными демократическими институтами, в которой велась бы реальная борьба с коррупцией, разочаровавшись во власти, тоже пришли к выводу, что только объединение могло бы осуществить их желания, и даже сторонники партии власти уже открыто на местах (как минимум, согласно утверждениям депутата Марии Чобану) говорят о том, что объединение Республики Молдова с Румынией будет осуществлено самим Владом Плахотнюком. Одним словом, об объединении Молдовы с Румынией стали говорить очень часто, а мы, в нижеследующем материале, попытаемся сквозь призму ряда факторов разобраться, насколько вероятен такой ход событий.

Избирательный фактор. Не секрет, что унионистское движение в молдавском обществе постоянно набирает обороты. Если ранее сторонников этого движения было 10-12%, то теперь, согласно оценкам, их доля выросла до 30%, и потенциально может достичь 50%. Этот рост объясняется тем, что все больше людей приходят к выводу, что могут стать гражданами ЕС и жить в по-настоящему демократическом, европейском, процветающем государстве, лишь путем объединения с Румынией. Эта тенденция сформировалась в основном, «благодаря» партиям демократической ориентации, которые были у власти, начиная с 2009 года, и которые оказались не в силах исполнить мечту граждан жить достойно в нормальном государстве. Избирательный потенциал унионистского движения еще пока не так ощутим, но это лишь потому, что на политической арене страны нет партии, которая могла бы его использовать, но, в случае проведения референдума по вопросу объединения с Румынией, несомненно, этот потенциал проявит себя.

Политический фактор. В парламенте Республики Молдова впервые появились реальные предпосылки для формирования большинства, которое могло бы проголосовать за объединение с Румынией. И эпицентром этого большинства может стать Демократическая партия Молдовы. Конечно, ДПМ можно назвать унионистской партией лишь с огромной натяжкой, но не стоит пренебрегать таким важным аспектом, что ДПМ является оппортунистской партией, которая радикально может изменить свои позиции ради своих же интересов. В самом начале многие воспринимали ДПМ как пророссийскую партию, но со временем она стала партией проевропейской ориентации, и если интересы ДПМ того потребуют, партия может стать в том числе и унионистской, и даже попытаться осуществить объединение, и вполне вероятно, что именно так и произойдет.

Фактор двусторонних отношений. Предполагаемое объединение предусматривает усилия двух сторон – Молдовы и Румынии. Несмотря на то, что по другую сторону Прута многочисленные политики выступают за объединение, реально сделать это может лишь Социал-демократическая партия Румынии, которая, между прочим, является политическим партнером Демократической партии Молдовы. В итоге, впервые в истории власть в Молдове и Румынии находится в руках двух политических сил, находящихся в партнерских отношениях. Если в определенный момент ДПМ решит последовать по пути объединения Республики Молдова с Румынией, именно этот фактор может оказаться решающим в судьбе воссоединения двух стран.

Геополитический фактор. В последние годы Молдова стала не только большим разочарованием Европейского союза и западных чиновников, но и большим препятствием на поле геополитической битвы великих держав. Не исключено, что с целью избавиться от этого препятствия, и навсегда закрыть вопрос «о Молдове», Запад может дать свое согласие на объединение Молдовы с Румынией. Но интересней всего то, что такой сценарий может устроить и Россию, потому что с Румынией объединится не вся Молдова. Именно так Россия смогла бы создать новое государство (на территории Приднестровья и других регионов Молдовы, которые не объединятся с Румынией), которое было бы признанно на международном уровне, находилось бы под боком у ЕС и НАТО, и использовалось бы Кремлем в геополитических играх.

Экономический фактор. Возможное объединение Республики Молдова с Румынией потребует финансовых затрат, а некоторые эксперты уже поспешили их оценить. Здесь следует отметить, что существуют мнения и даже заявления о том, что эти затраты (хотя бы частично) готовы понести великие державы, которые этим раз и навсегда покончили бы с проблемой под названием «Республика Молдова». Похоже, что и с этой точки зрения объединение не станет  большой проблемой.

Исторический фактор. Для унионистов-романтиков с обоих берегов Прута объединение стало бы восстановлением исторической справедливости и ликвидацией последствий пакта Риббентропа-Молотова. Обычно, при восстановлении исторической справедливости, немногие интересуются, во что это обойдется, и каковы могут быть последствия, какими бы тяжкими они не оказались.

Фактор личной заинтересованности. Если допустить, что Влад Плахотнюк станет движущей силой (на этом берегу Прута) объединения с Румынией, здесь не стоит недооценивать и фактор его личной заинтересованности. Осуществив объединение, Влад Плахотнюк обеспечит себе почетное место в истории (начисто отмыв тем самым свою нынешнюю репутацию), и превзойдет всех президентов, премьеров и спикеров Молдовы вместе взятых, а также всех региональных лидеров за последние 30 лет. Итак, с этой точки зрения, объединение Республики Молдова с Румынией также вполне вероятно.

Все вышеизложенное свидетельствует о том, что разговоры о возможном объединении Республики Молдова с Румынией в ближайшем будущем не так уж лишены оснований, как могло бы показаться на первый взгляд. Теоретически, на данный момент существуют все предпосылки для осуществления этого воссоединения.

Думитру Спэтару