Недавняя встреча президента Игоря Додона с приднестровским лидером Вадимом Красносельским вызвала недовольство некоторых представителей правящей коалиции, которые прямо заявили, что такие встречи и достигнутые на них договоренности не могут иметь продолжения, так как глава государства находится вне регулирующего процесса, которым руководит правительство посредством Бюро реинтеграции и министерства иностранных дел и европейской интеграции, а также вне переговорного процесса в формате 5 + 2.

Эта констатация, мы должны признать, не лишена логики, но, тем не менее, есть некоторые вопросы, которые и представители правительства (возможно, намеренно) упустили из вида, но и представители президентуры, не поторопились вывести их на первый план.

Первый аспект – это то, что в Республике Молдова глава государства является гарантом соблюдения Конституции, а высший закон предусматривает, начиная с первой статьи, что «РМ является суверенным,  независимым, единым и неделимым государством». Кроме этого, в ст. 77 Конституции черным по белому написано, что «Президент РМ представляет государство и является гарантом суверенитета, национальной независимости, единства и территориальной целостности государства». Эти положения предоставляют право Игорю Додону действовать в качестве активного игрока в процессе урегулирования приднестровского вопроса, и здесь речь идет не о желании президента, а о его обязательстве, исходя из конституционных норм.

Те, которые ссылаются на роль правительства и на формат переговоров 5 + 2 констатируют некую информацию де-факто, а правду говорят в полголоса. Так как в отличие от президента, правительство не является гарантом Конституции, а формат переговоров  5 + 2 нигде не отмечен в высшем законе. Правда, договоры и международные соглашения имеют приоритет относительно конституционных норм, но я не знаю, можно ли применять соответствующие соглашения в рамках данного формата. Также, правда и то, что за последние годы было много критики, о том, что этот формат исчерпал свой потенциал, и не может обеспечивать эффективные решения по приднестровской проблеме. Что должен сделать новый президент РМ? Констатировать, что в соответствующей формуле невозможно ничего сделать для урегулирования приднестровской проблемы,  приспособится к существующему состоянию и ничего не делать для ее решения? Но не нарушит ли он  в данном случае Конституцию?

Относительно констатации, что соглашение, к которому возможно смогут прийти президент РМ и лидер  Приднестровья, не будут иметь преемственности, вновь мы констатируем, что это правда, которую говорят в полголоса. Так как глава государства имеет право на законодательную инициативу, и даже имеет право требовать изменения Конституции, или инициировать ее изменение в рамках народного референдума. Так, если Игорь Додон достигнет какого-то соглашения с тираспольским лидером, он может разработать законопроект. Другое дело, маловероятно, что текущее парламентское большинство его поддержит, но это не означает, что Игорь Додон не будет вмешиваться в процесс, и не попытается привнести что-то новое.

Я не знаю, каково видение Игоря Додона относительно урегулирования приднестровского конфликта сейчас, когда он стал президентом РМ, и будет ли он настаивать на федерализации, о которой раннее заявляла партия, которую он возглавлял до недавнего времени. Но это его проблема, так как если он выдвинет инициативы по урегулированию приднестровского конфликта, которые не поддержат большинство людей, он ответит за последствия политического характера, которые неизбежно появятся. Но, даже если предположить, что у главы государства есть некоторые видения относительно воссоединения страны, которые большинство населения может не поддержать – это еще не означает, что он не имеет права проводить консультации, переговоры с принимающими решения лицами из Тирасполя, стараясь быть полезным стране в столь важном процессе. Он все-таки является президентом Республики Молдова, который был избран прямым голосованием большинства населения, участвовавшего  в предыдущих президентских выборах.

Думитру Спэтару